Виталина Королевская
Мои родители были КПП-эшниками,
особенно мама, как говорится – до мозга
костей, поэтому в клуб я пришла еще не
родившись. Видимо именно поэтому, когда
мама поет с друзьями старые песни, слова в
моей голове появляются сами по себе.
Спит
Гавана, спят Афины,
Спят
осенние цветы.
В
Черном море спят дельфины,
В
Белом море спят киты…
Одинокий
гитарист в придорожном ресторане,
Черной свечкой кипарис…
Это
не просто песни - это мои колыбельные….
Наш
дом всегда был полон людей, поющих песни,
рассказывающих о сплавах и перевалах,
спорящих о литературе, смеющихся и плачущих.
Помню, когда квартира была еще не
переделана, в кухне стояла ванна, то народ
садился прямо в нее, места не хватало.
Когда
я стала ходить, мы с мамой стали ездить на
фестивали. Самым большим и значительным для
меня стал в три года Сросткинский, с тех пор
мы ездим туда каждый год и я не представляю
себе, что может быть иначе. Я всегда
засыпала у костра и любая попытка
потихоньку уложить меня в палатку
заканчивалась неудачей, я тут же
просыпалась и бежала обратно, а то пропущу
все самое интересное. Я была ребенком клуба,
со мной все возились, играли, таскали на
руках, уговаривали покушать, одевали в
палатке на ночь, чтоб не пиналась,
смирительные колготки, рассказывали сказки…
А
еще был Грушинский, мне было пять и именно
на нем я ушла смотреть на самолетики, а маме
не сказала. Полтора часа меня искала вся
Сибирь- красноярцы, томичи, барнаульцы,
бийчане, саяногорцы, прямо облава какая-то
на бедного ребенка. Потом они повесили на
меня большущий плакат – «вернуть в
Новосибирск»-и не спускали с меня глаз.
Первый раз я вышла на сцену в
Сростках:
Мой
щенок по кличке Пашка- из собак недорогих.
Просто - напросто дворняжка, но зато умней других.
На следующий год я уже пела:
Синий
краб, синий краб,
Среди
черных скал в тени…
А
еще участвовала в КВНах.
Клуб
стал родным домом. Как зайдешь - портрет
Окуджавы, около него всегда народ любит
фотографироваться, налево –стол - подиум и
все как надо - самовар, чашки. Пианино. Афиши.
Еще Афиши. Большая фотография из далекого 86-го,
а ней мама, прямо в середине, поет, как
всегда. На потолке огромная надпись– «халява
- дело святое».
Черный
крот в шкафу, помню как пришивала ему лапы и
уши, игра «ГО», из фишек которой я делала
просто замечательные мозаики…
Дядя
Леша Одияк
Тетя
Елка
Тетя
Катя Плоденко
Тетя
Катя Костылева
Дядя
Малыш
Дядя
Леша Макаревич
Тети
Кучи
Дядя
доктор Толик
Дядя
Леша Мерзляков
Тетя
Наташа Новикова
Дядя
Жаныч….
Это
я, Плюшка, я выросла, мне пятнадцать, я помню
всех Вас и очень люблю Клуб.
